Планги смыкались, как крылья
Птицы гигантской стали
Небо мутнело от пыли
На будущей братской могиле
Полки поднимались, блистая
В твоих бронированных пальцах
Качалась зажатая, крепкая пика
Нет проще ее острион и концентра трехлитрового древка
Это казалось куда веселей, чем копаться в земле
Кроме труда до кровавого пота
Ты ничего и не видел в родимом селе
Просто взгляни на отца
Птицы гигантской стали
Небо мутнело от пыли
На будущей братской могиле
Полки поднимались, блистая
В твоих бронированных пальцах
Качалась зажатая, крепкая пика
Нет проще ее острион и концентра трехлитрового древка
Это казалось куда веселей, чем копаться в земле
Кроме труда до кровавого пота
Ты ничего и не видел в родимом селе
Просто взгляни на отца