Эта гордость опять заставляет рубить сгоряча,
И слова больно ранят, как лезвие палача.
Мы пытаемся выход из этого круга найти,
Мы прощаемся так, чтоб не дать друг другу уйти.
Эта гордость опять заставляет рубить сгоряча,
И слова больно ранят, как лезвие палача.
Мы пытаемся выход из этого круга найти,
Мы прощаемся так, чтоб не дать друг другу уйти.
Мы стоим на пороге, не смея поднять наши лица,
В этой комнате тёмной нам больше с тобой не ужиться.
Но рука на дверной ручке предательски снова дрожит,
И слова больно ранят, как лезвие палача.
Мы пытаемся выход из этого круга найти,
Мы прощаемся так, чтоб не дать друг другу уйти.
Эта гордость опять заставляет рубить сгоряча,
И слова больно ранят, как лезвие палача.
Мы пытаемся выход из этого круга найти,
Мы прощаемся так, чтоб не дать друг другу уйти.
Мы стоим на пороге, не смея поднять наши лица,
В этой комнате тёмной нам больше с тобой не ужиться.
Но рука на дверной ручке предательски снова дрожит,