Вчера стилист сказал: "Вам после тридцати
плюс тридцать сверху. Нужен строгий беж.
И декольте бы как-то до ушей загрести.
Оставьте вырезы для девичьих надежд".
Я посмотрела в зеркало - ну чистый раритет,
такая ценность, что в музей проситься стыдно.
Глаза бесстыжим пламенем горят на весь проспект.
А то, что я в тираже, мне отсюда не видно.
Кто сказал, что я стара? Ну-ка, покажи!
Я еще могу сплясать танго на ножах.
Да, мой крем от морщин стоит как крыло авто, но в утиль меня списать не додумался никто.
Кто сказал, что я стара?
Что за глупый выкрик? Я из ума еще, поверь, до конца не выжила.
плюс тридцать сверху. Нужен строгий беж.
И декольте бы как-то до ушей загрести.
Оставьте вырезы для девичьих надежд".
Я посмотрела в зеркало - ну чистый раритет,
такая ценность, что в музей проситься стыдно.
Глаза бесстыжим пламенем горят на весь проспект.
А то, что я в тираже, мне отсюда не видно.
Кто сказал, что я стара? Ну-ка, покажи!
Я еще могу сплясать танго на ножах.
Да, мой крем от морщин стоит как крыло авто, но в утиль меня списать не додумался никто.
Кто сказал, что я стара?
Что за глупый выкрик? Я из ума еще, поверь, до конца не выжила.